Наши партнеры
Интернет-газета Гарри Каспарова Объединенный гражданский фронт Ежедневный журнал
Без цензуры

Новости

19.12.2005
Приближали как могли

Слякотным воскресным днем 18 декабря по одной из центральных улиц российской столицы, наконец, прошел антифашистский марш; чуть более полутора тысяч человек с плакатами и флагами под песни военных лет месили грязь Мясницкой, пугая официанток окружающих кофеен устрашающе-интеллигентным видом. Шествие закончилось митингом у Соловецкого камня, где вновь и вновь звучали слова об объединении всех демократических сил в борьбе против фашизма. Объединения, правда, не происходило. Попытка прийти на марш представителей левой оппозиции закончилась скандалом, после которого ребята ушли. Их некоторые организаторы сочли разжигающим "классовую рознь". "Коммунистам вообще место в конце колонны", - заявила Евгения Альбац.

Несмотря отвратительную погоду и громкие угрозы оппонентов бросить в толпу гранату, после чего в Москве "не останется демократов, интеллигентов и журналистов", на марш пришло много людей. В час дня народ начал кучковаться около метро "Чистые пруды", кто-то прямо там развернул красочные плакаты - против фашизма, Путина и "Единой России". Активисты молодежного отделения одной из партий обсуждали, что будут делать, если в толпу полетит граната. "Мы побежим спасать своего лидера", - самоотверженно воскликнула девушка, молодой человек с ней согласился. После этого разговор перешел к теме двухсот рублей, которые предлагали на форуме МГУ за явку на марш. Однако процент "купленной массовки" был явно невелик.

В качестве музыкального сопровождения мероприятия организаторы выбрали песни о Великой Отечественной войне: из динамиков плыли "День победы" и "Священная война", довольно редкая, но очень пронзительная песня на стихи Исаковского "Враги сожгли родную хату" и "Варяг". "Какая-то смесь 9-го мая с 7-м ноября," - недовольно заметила девушка в толпе. Подобный звуковой ряд наверняка пришелся бы по вкусу "левым", но их, к сожалению практически не допустили на марш. Кроме "Левофронтовцев" здесь были только какие-то малозаметные анархисты, один нацбол и "Хранители радуги" - радикальные экологи, которых с их разноцветными флажками некоторые принимали по ошибке за представителей секс-меньшиств.

"Объявляем пятнадцатимитную готовность, - громко произнес один из организаторов, - встаньте все за растяжку, пожалуйста". Фотожурналисты взгромоздились на грузовик, беспрестанно щелкая камерами. Огромное синее полотнище с призывом остановить фашизм растянулось через всю Мясницкую, в середине встали лидеры демократов: Сергей Митрохин, Гарри Каспаров, Никита Белых, Леонид Гозман, Евгений Бунимович, Егор Гайдар, позже, где-то в середине движения колонны из переулка вынырнул Григорий Явлинский. Колонна наконец двинулась. Впереди всех бежали журналисты, фотографируя собравшихся. Огромная "змея", ощетинившаяся знаменами ОГФ, СПС, "Яблока" и "Обороны" и вальяжно ползла к Лубянской площади. "Только дикари нападают на приезжих", "Россия, ты сошла с ума", "Остановим фашистскую заразу", "Нет войне в Чечне", "Гитлер - капут," - кричали плакаты. "Русь, ты вся поцелуй на морозе," - гласила одна из растяжек, добавляя в атмосферу всего происходящего долю наивной трогательности. Цитату Велимира Хлебникова особенно оценили девушки-активистки; девушкам такое нравится - каждая думала о своем. Какая-то православная женщина пришла с плакатом в защиту Путину, за что было очень грубо послана активистом движения "Мы".

"Это провокатор," - громко крикнул милиционерам кто-то из организаторов, указывая на человека с плакатом: "Долой фашистов-оккупантов". Оказалось, что он действительно принадлежит к движению "Русский порядок", но ничего, кроме плаката, у него с собой не было и ничего плохого, по его словам, он делать не собирался. ОМОН отобрал у него плакат и, видимо, отпустил - мы видели его мирно стоящим у рамки металлоискателя во время митинга. Минут через десять схватили молодого человека с муляжом гранаты, которую тот собирался-таки кинуть в толпу.

"Вставай, страна огромная, вставай на смертный бой!" - гремело из динамиков, когда грузовик миновал здание ФСБ на Лубянке. Наравне с грузовиком, подпевая, широким шагом маршировала Евгения Альбац. Мама с дочкой, трогательно обнявшись, стояли у "Библио-глобуса" и смотрели, как мимо идут люди с флагами и транспарантами. Девочка помахала рукой.

У Соловецкого камня, где должен был состояться митинг, уже ждала Валерия Новодворская в рыжей шубе и, отбиваясь от журналистов и фото-репортеров, набирала на мобильнике SMS-ку. Наконец прибыл демократический броневик-грузовик, с которого и должны были произноситься речи.

...Маша Гайдар кричала "Смерть фашизму!" так громко, что микрофон начал жалобно потрескивать. Однако кричать было совсем не нужно - люди слушали вежливо, молча. Гарри Каспаров выразил радость, что день "такой грязный, слякотный, потому что именно в такой вот день забуксовала машина Вермахта". Закончил свою речь лидер ОГФ пожеланием услышать "канонаду Курской дуги" в России, победившей фашизм. Выступили также лидеры "Яблока" - молодежного, Илья Яшин, и обычного, Григорий Явлинский. Последний, почему-то сказал, что "фашизм - это борьба за права человека". Забавная оговорка. Борьба с фашизмом, мы все же надеемся. Никита Белых же не испугался минусовой температуры и вышел на трибуну без плаща: "Мне тепло от ваших сердец, - заявил молодой лидер СПС, - новые фашисты оккупируют нас. Фашизм - это диагноз, это болезнь, однако Москва никогда не покорится фашизму".

Звучали слова и об объединении сил, но для этого не хватало не только левых, но и Хакамады, Касьянова и Рыжкова. Впрочем, Хакамада с Касьяновым 17-го числа заявили, что будут думать неделю над тем, как строить объединенную партию, после того как раскололась уже сама ДПР, на базе которой собирались объединяться. Марш был в воскресенье, на следующий день, а значит Касьянов с Хакамадой, наверное, в это время думали. Рыжков, как известно, объединяться не захотел - видать, сам с фашизмом справится, если будет надо. В толпе мирно стоял лидер "Евразийского союза молодежи" Юрий Горский и с кем-то беседовал. Его движение решило не размениваться на мелкие пакости и провело в тот же день пикет против установки памятника Гейдару Алиеву, хотя какие-то плакаты в защиту каких-то кошек они все же принесли. Их, правда, сразу отобрали. Девушка пыталась раздать ярко-желтые листовки против "старых демократических лидеров" - листовки печально валялись под Соловецким камнем, привлекая внимание лишь своими ярким цветом, выделявшемся на фоне серого гранита.

На холодном постаменте Соловецкого камня катастрофически мерзли ноги, но мы продержались до конца митинга. Гайдар о чем-то спорил с Новодворской, Каспаров и Белых пошли "в народ". На Лубянскую площадь опускались сумерки, в окнах зажигали свет, и хотелось верить, что через год, в осень массовых шествий, вместо "левого", "правого" и "антифашистского" маршей, пройдет один - "Антифашистский". А то, как бы не пришлось решать вопрос об объединении на краю расстрельной ямы...

Вера Холмогорова